...
- Без сомнения, - отвечал незнакомец. - Это статский советник Теляев;
он большой приятель Сугробиной и умер двумя неделями прежде ее.
Приблизившись к бригадирше, Теляев улыбнулся и шаркнул ногой. Старуха
также улыбнулась и опустила пальцы в табакерку статского советника.
- С донником, мой батюшка ? - спросила она.
- С донником, сударыня, - отвечал сладким голосом Теляев.
- Слышите? - сказал незнакомец Руневскому. - Это слово в слово их
ежедневный разговор, когда они еще были живы. Теляев всякий раз, встречаясь
с Сугробиной, подносил ей табакерку, из которой она брала щепотку, спросив
наперед, с донником ли табак? Тогда Теляев отвечал, что с донником, и
садился возле нее.
- Скажите мне, - спросил Руневский, - каким образом вы узнаете, кто
упырь и кто нет?
- Это совсем немудрено. Что касается до этих двух, то я не могу в них
ошибаться, потому что знал их еще прежде смерти, и (мимоходом буди сказано)
немало удивился, встретив их между людьми, которым они довольно известны.
Надобно признаться, что на это нужна удивительная дерзость. Но вы
спрашиваете, каким образом узнавать упырей? Заметьте только, как они,
встречаясь друг с другом, щелкают языком. Это по-настоящему не щелканье, а
звук, похожий на тот, который производят губами, когда сосут апельсин. Это
их условный знак, и так они друг друга узнают и приветствуют.
Тут к Руневскому подошел один щеголь и напомнил ему, что он его
vis-a-viz. Все пары уже стояли на месте, и так как у Руневского еще не было
дамы, то он поспешил пригласить ту молодую девушку, которой незнакомец
пророчил скорую смерть, ежели она согласится ехать к бабушке на дачу.
Во время танца он имел случай рассмотреть ее с примечанием. Она была
лет семнадцати; черты лица ее, уже сами по себе прекрасные, имели какое-то
необыкновенно трогательное выражение. Можно было подумать, что тихая грусть
составляет ее постоянный характер; но когда Руневский, разговаривая с нею,
касался смешной стороны какого-нибудь предмета, выражение это исчезало, а
на место его появлялась самая веселая улыбка...
|
