... (А Снежок прекрасно
понимал речь и девочки и мальчика. Мы думаем, что собаки не понимают нас,
потому что мы сами не понимаем их языка. А на самом деле собаки
выучиваются у людей разным штукам именно потому, что понимают человеческую
речь. А вот мы не понимаем их и потому не можем научиться у них ни
находить дорогу в темноте, ни различать еле заметный запах, ни многому
другому, что они знают лучше нас.)
- Как что за собака? Это я, Снежок!
Но девочка по-прежнему смотрела на него неприязненно.
- Может быть, это брат соседского Кляксы?
- Пожалуй, - рассудительно ответил мальчик. - Эта собака тоже совсем
черная.
Снежок почувствовал, как шерсть на спине у него становится дыбом.
Совсем черный! Не может быть! Ведь он еще щенком был белый, как молоко.
Снежок посмотрел на свои лапы - да, эти лапы, да и не только они - и
грудь, и брюхо, и его прекрасный пушистый хвост - все было черное, как дно
сковороды. Черное, без единой отметинки черное!
Снежок стал скакать, метаться и громко лаять.
- Ой, Харуо-сан, я боюсь! Эта собака, наверно, бешеная! - жалобно
захныкала девочка. Но мальчик был храбрый. Снежок вдруг получил сильный
удар в левый бок. И вот уж опять палка свистит над самой его головой.
Снежок еле увернулся и сейчас же со всех ног помчался опять к изгороди,
туда, где в тени платана стояла выкрашенная в светло-желтый цвет собачья
будка. Добежав до будки, Снежок оглянулся на своих маленьких хозяев и еще
раз пролаял:
- Девочка! Мальчик! Ведь я ваш Снежок! Пусть я черный, но я все тот же
самый Снежок!
Голос у Снежка прерывался от горя и гнева. Но ведь девочка и мальчик не
могли его понять. Девочка с досадой топнула ногой, проговорив: "Вот
противная собака! Все еще лает!" А мальчик - мальчик подобрал с дорожки
несколько камешков и со всей силой кинул их в Снежка.
- Ишь расселась! Вот тебе! Вот тебе!
Камешки так и летели в Снежка...
|
