«Равнодушие — это паралич души» (по рассказу А. П. Чехова «Палата №6»)
Никто до него не умел так беспощадно, но правдиво нарисовать людям позорную и тоскливую картину их жизни в тусклом хаосе мещанской обыденщины. М. Горький
В 90-е годы XIX века Антоном Павловичем Чеховым был написан один из самых значительных рассказов — “Палата №6” — произведение, относящееся к позднему творчеству писателя. В нем уже нет иронии и сарказма, характерных для раннего периода; на первом плане теперь серьезные и глубокие проблемы русского общества того времени. “Палата №6” — рассказ, где и герои, и обстановка, и весь смысл очень символичны. Действие происходит в убогом флигеле, огороженном “серым больничным забором с гвоздями”, в комнате, “обезображенной железными решетками”. Такое описание условий жизни подготавливает читателя к пониманию той безвыходной ситуации, в которой оказывается главный герой. В центре рассказа — представитель интеллигенции доктор Рагин — “замечательный человек в своем роде”. Замечателен он тем, что в силу своего ума способен видеть зло и несправедливость мира, в котором живет, и относится к этому безразлично. Его пассивность и равнодушие возмущают автора, заставляют доктора на практике проверить свои принципы, доказать свою правоту. Антиподом Андрея Ефимыча, как ни странно, выступает сумасшедший Иван Громов — представитель интеллигенции, страдающий манией преследования. Живущий в “безнравственном учреждении, в высшей степени вредном для здоровья”, он единственный бездушно и интуитивно выступает против насилия и неправды. Честный и благородный Иван Дмитрич привлекает Рагина своими суждениями о жизни, любви, будущем. Он говорит о себе: “Я не мудрец и не философ”, но рассуждения его более чем верны. Простые истины Громова опровергают всю ту “философию”, которой жил доктор Андрей Ефимыч, указывают на его паразитическое существование. Спор Ивана Дмитрича с доктором продолжается недолго. За спокойствие и бездействие Рагин жестоко наказан; лишь в палате для умалишенных наступает запоздавшее прозрение. Герой становится жертвой собственной пассивности, но протест теперь бессмыслен, а восстановить справедливость уже невозможно. Рагин умирает от нравственной и физической боли, но смерть его, в отличие от всей жизни, обретает смысл. Она — пробуждение героя от долгого и бесцельного существования, от равнодушия к волнению, беспокойству и чужому страданию, от собственного пассивного отношения к истине, добру и правде. Он наказан за “лень, факирство, сонную дурь”, за то, что видел “всеобщее безумие, бездарность, тупость” и принимал их. Антон Павлович Чехов вошел в русскую литературу в то время, когда все в жизни казалось сонным, равнодушным, мрачным и безнадежным. Он стал творцом маленького рассказа, где ставил большие проблемы современности, глубоко исследовал жизненные явления, обнажал причины социального неустройства. Чехов с болью видел, что в условиях реакции русская интеллигенция открыто шла на разрыв с идеалами прогресса и демократии. До конца своей короткой жизни, зная, что смертельно болен, А. П. Чехов учил доброму, чистому, вечному, учил оставаться человеком в любой ситуации.
Источник:http://www.litra.ru/
Тем временем:
..... Чтоб в Думе поп воссел писать свои решенья, Чтоб чернокнижием звалося просвещенье, И родины краса, боярин молодой, Дрался, бесчинствовал, кичился пред женой, А в тереме царя, пред образом закона Валяясь и кряхтя, лизал подножье трона.
25 января 1856
РУССКИЕ ПЕСНИ
Как сроднились вы со мною, Песни родины моей, Как внемлю я вам порою, Если вечером с полей Вы доноситесь, живые, И в безмолвии ночном Мне созвучья дорогие Долго слышатся потом.
Не могучий дар свободы, Не монахи мудрецы,- Создавали вас невзгоды Да безвестные певцы. Но в тяжелые годины Весь народ, до траты сил, Весь - певец своей кручины - Вас в крови своей носил.
И как много в этих звуках Непонятного слилось! Что за удаль в самых муках, Сколько в смехе тайных слез! Вечным рабством бедной девы, Вечной бедностью мужей Дышат грустные напевы Недосказанных речей...
Что за речи, за герои! То - бог весть какой поры - Молодецкие разбои, Богатырские пиры; То Москва, татарин злобный, Володимир, князь святой... То, журчанью вод подобный, Плач княгини молодой.
Годы идут чередою... Песни нашей старины Тем же рабством и тоскою, Той же жалобой полны; А подчас все так же вольно Славят солнышко-царя, Да свой Киев богомольный, Да Илью богатыря.
1 июля 1857
МОЕ ОПРАВДАНИЕ
Не осуждай меня холодной думой, Не говори, что только тот страдал, Кто в нищете влачил свой век угрюмый, Кто жизни яд до капли выпивал.
А тот, кого едва не с колыбели Тяжелое сомнение гнетет, Кто пред собой не видит ясной цели И день за днем безрадостно живет;
Кто навсегда утратил веру в счастье, Томясь, молил отрады у людей И не нашел желанного участья, И потерял изменчивых друзей;
Чей скорбный стон, стесненный горький шепот В тиши ночей мучительно звучал... Ужели в том таиться должен ропот? Ужели тот, о, боже! не страдал!
12 марта 1858
РАССВЕТ
Видали ль вы рассвета час За ночью темной и ненастной? Давно уж буря пронеслась, Давно уж смолкнул гул ужасный, Но все кругом еще хранит Тяжелый след грозы нестройной, Все ждет чего-то и молчит!...
